Против бумажки

15 февраля 2012 года в Няганском городском суде начнется рассмотрение уголовного дела о разбойном нападении на АЗС «ЭЛЛИА». На скамье подсудимых житель из Октябрьского Сергей Парамонов. Безупречность его алиби проверена и подтверждена журналистами «Моего города без цензуры». Но Парамонова почему-то опознала пострадавшая оператор станции Анна Ситникова.

ИГОРЬ НИКИТИН, газета «Мой город без цензуры»

Оператор АЗС «ЭЛЛИА» Анна Ситникова перед тем как выйти на улицу в туалет (что категорически запрещено инструкцией) лично отключила камеры видеонаблюдения, а после, вопреки законам логики инстинкта самосохранения, вместо бегства и призывов о помощи стала бросаться на преступника, несмотря на стрельбу по ней из пистолета. Преступник тоже оказался недалеким. После того как с него якобы была сорвана маска, бандит не убежал и не добил ненужного свидетеля. Он, по словам, Ситниковой передохнул, снова надел маску и начал с ней бороться дальше.

Аня Ситникова – 23-летняя оператор АЗС «ЭЛЛИА», пострадавшая в ходе разбойного нападения на станцию в ночь на 21 июля 2011 года, одна из самых странных пострадавших, которые когда-либо встречались за все время работы «МГБЦ». В ночь инцидента она совершила ряд необъяснимых поступков, сделала абсолютно все, для усложнения работы следователей и поставила жирную пятерку в аттестате собственной глупости, опознав невиновного человека.

Тем не менее, следует признать, что Сергей Парамонов, обвиняемый в совершении тяжкого преступления (ст. 162 УК РФ), в настоящий момент имеет серьезные проблемы. Сотрудники няганского ОВД, получив результаты опознания «преступника», сфальсифицированного при активном участии оперуполномоченного Панина, потеряли всякий интерес к расследованию этого уголовного дела. После серии публикаций «МГБЦ», вся работа полиции свелась к латанию процессуальных дыр для передачи дела в суд.

Одним из главных отличительных признаков преступника Ситникова назвала наличие ручных часов. Сергей Парамонов часы на руках не носил никогда, что, помимо показаний свидетелей, подтвердил ровный загар на обеих кистях. Этого пинкертоны няганского ОВД не заметить не могли, но акцентироваться на деталях, которые позволили бы усомниться в виновности Парамонова, не стали.

Наиболее ярким примером полного несоответствия занимаемым должностям следователей Шушпановой, Самокиша и Наумова является тот факт, что они до сих пор и понятия не имеют, что пистолет ЛИДЕТ ТТ, из которого возможно была расстреляна оператор АЗС с июля 2011 года находится… в здании ОВД Нягани. Где уж требовать с этих статистов результатов баллистической экспертизы.

Нет, утверждать, что представители правоохранительных структур не пытались найти оружие преступления – травматический пистолет ЛИДЕР ТТ, было бы неправильно. Они даже опросили шесть (!) жителей Нягани, имеющих подобный предмет самообороны, которые оказались непричастны к совершению преступления. Сделав это в ноябре после очередной сатирической публикации в «МГБЦ». Было бы гораздо полезней, если б сотрудники следственного отделения ОВД Нягани, перечитывали составленные ими же протоколы допросов. И уж, тем более, проверяли полученную информацию.

Речь, в частности, о результатах работы капитана юстиции Екатерины Шушпановой. Еще 22 июля – на следующий день после совершения разбойного нападения на АЗС «ЭЛЛИА», ею был опрошен некий Андрей Безручко, директор приобского предприятия ЖКХ. Это на его квартире накануне совершения преступления останавливался Игорь Спасенников, ранее судимый за разбой (ч. 3 ст. 162 УК РФ) и неправомерное завладение транспортом (ст. 166 УК РФ). BMW X5 Спасенникова (г/н О 474 НР, Свердловского региона) был замечен в лесном массиве близ АЗС в ночь нападения.

Упомянутый Безручко еще в июле признался, что у него в собственности помимо травматического пистолета «Стражник» имеются два пистолета марки… ЛИДЕР ТТ. Причем один из них он (какое совпадение!) он потерял как раз накануне нападения на АЗС. Да вот заявлять об этом не стал, поскольку уронил ТТ в реку и все ждал, что лед растает и за ним можно будет нырнуть. А называть имена свидетелей, видевших происшествие, Безручко отказался. Заявил, что уважаемых людей беспокоить попусту не к чему.

А вот второй ЛИДЕР ТТ был изъят у Безручко участковым (фамилия в показаниях отсутствует —  прим. И.Н.) 21 июля в 17 часов 30 минут в связи с нарушением правил хранения оружия. Где же этот пистолет? Почему до сих пор не проверены исследования на наличие отпечатков пальцев и возможность применения в ходе нападения на АЗС? Ведь уже 22 июля в распоряжении следствия были результаты экспертизы гильз, определившей принадлежность их к конкретному типу оружия – травматическому пистолету ЛИДЕР ТТ.

И почему на допросе Безручко скрыл, что в 2002 году он являлся подозреваемым по уголовному о незаконном обороте наркотиков (у него при осмотре 5 грамм травки нашли, а это серьезный объем —  прим. И.Н.) и понес заслуженное наказание? Задайте вопросы майору Шушпановой.

Вот такими филькиными грамотами прикрывает недостатки профессиональной квалификации следователь няганского ОВД Самокиш. Это протокол допроса засекреченного свидетеля «Иванова Ивана Ивановича», который, в отличие от всех, кто на самом деле был опрошен следователем, якобы охарактеризовал Парамонова «вспыльчивым, дерзким, жестоким, скандальным». По свидетельству очевидцев, в момент «составления» протокола господин Самокиш 28 июля 2011 года с 17.20 до 17.40 пил пиво на пристани в Октябрьском и ни с кем не беседовал. На федеральном уровне давно ходит инициатива ввести запрет на составление подобных «засекреченных» процессуальных подделок.

Вообще дело о нападении на АЗС «ЭЛЛИА» пестрит «совпадениями». В двух словах о том, что удалось выяснить следствию за все время:

После того, как окровавленная Ситникова добралась до тревожной кнопки в операторской (а преступнику к тому времени удалось справиться с отважным оператором при помощи лопаты, поскольку восьми выстрелов в грудь из травматики оказалось мало – вот такие показания – прим. И.Н.), сообщение о преступлении было передано всем сотрудникам полиции, патрулировавшим город в тот вечер.

Один из экипажей заметил, что из лесного массива близ АЗС выехал BMW Х5. Команда на организацию слежки поступила поздно, потому автомобиль обнаружили только к утру. Его, кстати, к тому же времени обнаружили и родственники Ситниковой, проявившие истеричную активность по поводу произошедшего.  Ближе к вечеру 21 июля у покореженного авто (к этому времени у BMW «неизвестные» выбили стекла, поцарапали кузов и проткнули колеса – прим. И.Н.) был задержан и приглашен для объяснения Андрей Безручко. У него участковый и изъял ЛИДЕР ТТ.

В ходе осмотра автомобиля на заднем сиденье полицейские нашли портфель Спасенникова, в котором находилась кредитная банковская карточка Сергея Парамонова. После Парамонов пояснит, что свою кредитную карту он передал знакомому Спасенникову (он жил в Октябрьском и периодически туда наведывался – прим. И.Н.), когда тот попросил занять денег несколько месяцев назад.

А тогда следствие принялось поспешно организовывать опознание. Это после публикации в «МГБЦ» оперуполномоченный ОВД Нягани Панин будет на Коране клясться, что не показывал Ситниковой фотографии Парамонова. На самом деле опер, уже замеченный «МГБЦ» в сомнительной служебной деятельности (дело Прановича, который выпал из окна третьего этажа ОВД Нягани – прим. И.Н.) перед тем как провести опознание сфотографировал Парамонова на сотовый телефон. Зачем? Ну, наверное, на рабочий стол своего компьютера хотел фото поместить или к входящим звонкам любимой привязать.

А для пущей уверенности сообщил потерпевшей место, где будет сидеть подозреваемый.

Конечно, в бумагах служебной проверки этого факта ничего не подтвердится. Парамонову же предложили самому выбрать себе место, добровольно – так. И следователь наводящих вопросов не задавал и из кабинета не выходил – так, это и понятые подтвердили. Все правильно. Не выходил. Но никто же в ходе проверки не спрашивал, заходил ли в кабинет Панин, когда уже все опознаваемые расселись и выходил ли снова? Как и произошло на самом деле.

Российское уголовно-процессуальное законодательство запрещает проведение повторных опознаний. В том числе – после демонстрации  потерпевшим фотографий предполагаемых преступников. Почему? Процессуальной практикой неоднократно зафиксировано предвзятое отношение к опознанию под воздействием фотографий.

В «Психологической энциклопедии» доктора Д.С. Райсберга описан подобный эксперимент:

«Испытуемым показали несколько людей. Через несколько дней участникам эксперимента показали фотографии других людей, якобы уже участвовавших в «опознании». Еще через несколько дней испытуемым предъявили для опознания тех, кто на самом деле был в эксперименте с первого дня и тех, кто только представил свои фотографии.  Каждый второй испытуемый указывал на людей, которых он видел только на фотографии, будучи искренне уверен, что уже встречался с ними «вживую». Люди вспоминали фотографии, а не события начала эксперимента. Такое поведение называется «бессознательным переносом», которое было вызвано предвзятым воздействием на сознание посредством фотографий».

Напомним, в ходе собственного расследования, группа журналистов «МГБЦ» в августе 2011 года в течение трех дней собрала неопровержимые доказательства алиби жителя п. Октябрьское Сергея Парамонова. Журналисты установили, что в момент преступления Парамонов находился у себя дома в Октябрьском более чем за 100 км от г. Нягани на противоположном берегу Оби.

Алиби Сергея подтвердили родственники, соседи и таксист, принимавший вызов на адрес Парамонова с его сотового телефона за 20 минут до совершения разбойного нападения на АЗС в Нягани. Факт телефонного соединения через соту в Октябрьском, а не в Нягани подтвердил и оператор мобильной связи.

Интересно, что соседей и свидетелей алиби следователи ОВД Нягани опросили только через силу и то после шумихи, поднятой в прессе.

 

 

Оставить комментарий


Hm-ads.ru — бесплатные объявления Ханты-Мансийска.