«Никто не выдержит»

Под пытками признавшись в организации убийства, ханты-мансиец и морпех Евгений Демин получил 8 лет «строгача» и почти отрезал себе путь на свободу

Евгений Демин служил в элитных войсках морской пехоты, прошел закалку настоящего мужика, после работал судебным приставом.

Руки. Удавка. Нож. Пистолет. Автомат. Граната. Вы – мастер спорта международного класса по греко-римской борьбе. Не служивший в армии. Не имеющий навыков обращения с оружием. Какой вариант будет выбран Вами для совершения убийства? При условии, что преступление планируется совершить около восьми часов утра между 9 и 10 этажами многоквартирного дома центральной части Тюмени?

Безусловно – это будет наступательная граната РГД-5!!! Ведь только ее применение сведет к минимуму Ваши шансы выжить. Привлечет максимум общественного внимания. Сделает попытку незаметно скрыться невозможной.

 

Да, — еще станет угрожать жизни случайных свидетелей. Не говоря о возможности (хотя и маловероятной) обрушения целого подъезда. Бред?
Обрести уверенность в правдоподобности именно этой версии Вам помогут в подвале здания № 6 по улице 30 лет Победы города Тюмени. Здесь расположено Управление по борьбе с организованной преступностью при ГУВД Тюменской области.

Чуткие и заботливые специалисты УБОП, благодаря большому опыту и простым бытовым предметам – книгам, целлофановому пакету, мокрому матрацу и электрическому проводу с оголенными концами, сделают Ваше признание легким и незаметным. Вы признаетесь не только в особо тяжком преступлении. Но и в передаче данных британской разведке и сожительстве с Лаврентием Берией, уже давшим показания о своей якобы нетрадиционной сексуальной ориентации в 1953 году.

Любовное трио

Следствие не смогло установить причастность Евгении Баскаковой к покушению на бывшего мужа

32-летний (на момент описываемых событий – прим. И.Н.) Евгений Демин перебрался в город Тюмень в 2014 году с планами поменять постоянное место жительства. В конце марта он познакомился с 29-летней замужней Евгенией Баскаковой.

Адюльтер был бурный. В июне того же года после 14 лет брака Баскакова развелась со своим мужем Степаном – бывшим сотрудником тюменского следственного изолятора №1, и, забрав двоих детей 9 и 11 лет, переехала жить к новому избраннику.

Первое время никаких особых проблем не было. Демин и Баскаков несколько раз пересекались. Кроме общения на повышенных тонах, никаких действий в отношении друг друга мужчины не предпринимали.

Но вскоре Баскаков, тяжело переживавший уход жены, принял решение отлучить ее от ведения совместного бизнеса, сообщив бывшей супруге, что далее «не намерен содержать ее с ухажером» (данные из материалов дела – прим. И.Н.).

В качестве компенсации Баскаков принял на себя обязательства по погашению кредитов, оформленных на бывшую супругу (около 1,5 млн. рублей на момент описываемых событий – прим. И.Н.), и оплате алиментов. Тому, что деньги брались в банках на развитие совместного дела, а не на личные нужды женщины, особого значения в тот момент никто не придавал.

Баскакова и Демин решили жить, как судьба положит – она стала искать работу, он – деньги на открытие собственного дела. А следствие посчитало, что именно тогда Демин якобы принял решение об убийстве соперника, имея корыстную цель завладения имуществом семьи Баскаковых.

Ни следствие, ни суд не приняли во внимание показания потерпевшего Степана Баскакова о том, что в случае его смерти все имущество и бизнес переходили детям без возможности его продажи кем-то другим. Формальный корыстный умысел был найден. А осенью в Тюмень на заработки приехал земляк Демина – Аслан Боров, 24-летний уроженец Чечено-Ингушской Республики, постоянно проживавший на момент событий в деревне Ярки Ханты-Мансийского района.

Друзья встретились. Баскакова помогла Борову, близкое знакомство с которым, кстати, она отрицала на следствии и в суде, освоиться в Тюмени первое время. Но, по версии обвинения, в один из моментов именно Демин, а не Баскакова, пожаловался Борову на проблемы, которые создал жене бывший муж. Боров якобы предложил подыскать людей, способных решить эту проблему.

Он вел речь о своих 24-летних сверстниках: мастере спорта международного класса по греко-римской борьбе Амире Гагиеве из поселка Пурпе Ямало-Ненецкого автономного округа и тюменце Исламе Барханоеве.

Арест

Примерно так – в маечке, встречался с клиентами тюменский адвокат Вячеслав Антуфьев до дела Демина. После того, как он выудил у мамы подзащитного 2,5 миллиона рублей, в его портфолио появились снимки в костюме на фоне дорогих лестниц и коттеджей. Адвокат Антуфье знал, что его подзащитного пытали в УБОП, но нигде об этом не заявил, убедив Демина молчать и признать вину, гарантировав условный срок. Таких адвокатов называют «красными» — действующим в интересах следствия против своих доверителей.

События 7 ноября 2014 года развивались стремительно. Утром Баскакова позвонила Демину и сообщила, что ее знакомый предприниматель готов дать Евгению 550 тысяч рублей на открытие собственного дела и попросила забрать деньги. Интересный факт – накануне бизнесмен наотрез отказался кредитовать Демина под предлогом отсутствия свободных средств.

Заем был оформлен официально. Через несколько минут после получения денег Демину позвонили из полиции и попросили подъехать для решения какой-то малозначительной проблемы. Демин не знал, что СОБР двумя часами ранее задержал в подъезде дома, где проживал Баскаков, предполагаемых исполнителей преступления Гагиева и Барханоева. По версии следствия, Барханоев остался ждать между этажами, а Гагиев поднялся на 10-й этаж, позвонил в квартиру и собирался, когда хозяин откроет, забросить внутриь гранату для совершения убийства Баскакова… Но об этом чуть позже.

В здании полиции, ничего не понимающий Демин, увидел свою бледную возлюбленную и был немедленно задержан по подозрению в организации покушении на убийство ее бывшего мужа.

В машине Демина произвели обыск. Оформленные несколько минут назад заемные деньги были изъяты и признаны вещественными доказательствами – средствами, предназначенными для оплаты услуг «киллеров». Примечательно, что из автомобиля были изъяты 500 тысяч рублей, а оставшаяся сумма – 50 тысяч, бесследно исчезла. Возможно, ее кто-то получил за определенные услуги.

За весь период работы по делу адвокат Антуфьев, который по сведениям журналистов «Без цензуры» имеет все признаки «красного» — то есть правозащитника, действующего в интересах следствия, вытянул из мамы Демина 2,5 миллиона рублей. Причем, официально в качестве оплаты за услуги были оформлены только первые 500 тысяч.

Кстати, один из излюбленных мошенниками инструментов «выдаивания» денег из жертвы – это внушение ей страха, беспокойства, ощущения критичной ситуации. В случае с Поляковой адвокату Антуфьеву особых усилий прилагать не пришлось. Мама единственного, выращенного без отца, сына, оказавшегося за решеткой по обвинению в совершении особо тяжкого преступления, отдавала деньги «защитнику», не думая ни о каких расписках.

— Сначала 500 тысяч – потерпевшему, потом – 500 на апелляцию, кого-то надо было ему ублажить, потом еще, говорит, 500, а лучше – миллион для выпуска под залог, — плачет женщина. – Штраф еще на меня наложил 100 тысяч за нарушение порядка оплаты его услуг. Я продала квартиру в Ханты-Мансийске, все деньги отдала ему. Сейчас скитаюсь по съемным комнатам. Как мы – простые люди, оказавшись в такой ситуации, которые за всю жизнь ни с чем подобным не сталкивались, вообще можем знать, что мы – это просто кормушка.

Ни одна из жалоб на Антуфьева, естественно, никакого практического результата не имела. Документов, подтверждающих передачу денег, не было.

Журналистам газеты «Без цензуры» удалось выяснить судьбу только 500 тысяч из 2 миллионов рублей, переданных сверх оплаты за адвокатские услуги. Деньги, действительно, оказались у потерпевшего Баскакова. Тот в ходе судебного заседания факт их получения признал и попросил не выносить Демину наказания, связанного с лишением свободы.

— Именно ошибка в линии защиты, выбранной адвокатом Антуфьевым, на мой взгляд, привела к таким печальным последствиям, — прокомментировал исход дела заслуженный юрист России, адвокат Михаил Пуртов. – Перво-наперво, никогда не следует признаваться в том, что не совершал. Если подобное произошло в результате психологического давления или, как данном случае, – пыток, надо отказываться от этих показаний при первой возможности. Демин же единственный из обвиняемых, кто этого не сделал и как заведенный твердил о признании вины, наивно надеясь на условный срок. Что, впрочем, не является препятствием для пересмотра дела по вновь открывшимся обстоятельствам. Шанс мизерный, но он – есть.

Пытки

— Когда я увидела видеозапись первого допроса своего сына в УБОП – мне ее на компьютере показал адвокат Антуфьев, я спросила – «Это кто?», — уткнувшись в стол с бумагами, говорит Александра Полякова. – Он мне говорит – «Это твой сын». Я была в шоке – он весь синий, в пятнах, вообще на себя не похож. Позже на свидании он показал мне ожоги на руках.

По сведениям журналистов газеты «Без цензуры», ожоги — это следы на местах контакта с оголенными проводами под напряжением.

— Он мне говорит – «Мама, я раньше думал, что это только в тупых сериалах на НТВ показывают. Я же морпех, был уверен, что все можно выдержать. Но такого не выдержит никто», — Александра Александровна сняла очки — слезы начали капать через края заполненных линз, и подняла голову – В день задержания его уложили на мокрый матрац, приковали наручниками, стали задавать вопросы и прикладывать провода к рукам и ногам. Он какое-то время, совсем небольшое время, говорит, терпел. А когда на голову надели пакет и на лицо встал сотрудник УБОП в берцах, он не выдержал… Здоровый крепкий парень… Во что его превратили…

Следствие сочло Демина – заказчиком покушения, Борова – организатором, доставшим гранату, Гагиева и Барханоева – исполнителями. Изначально все дали признательные показания. И все, кроме Демина, следовавшего советам «красного» адвоката, отказались от них. Заявив следствию и суду, что сделали признания под пытками.

Спортсмена Гагиева, как и Демина, пытали током. Да с таким пристрастием, что тот получил повреждения внутренних органов, а его адвокат Мамедов, спустя два года заявлял на суде – следы пыток на ногах подзащитного не исчезли до сих пор и требовал экспертизы.

Впрочем, судья Центрального районного суда Тюмени Константин Везденев в удовлетворении ходатайства о проведении судебной медицинской экспертизы обвиняемых, отказал. Везденев сослался на позицию старшего помощника прокурора Тулуповой о том, что «заявленные факты уже были предметом доследственной проверки в 2014 году и своего подтверждения не нашли».

Конечно не нашли! Штатный медик СИЗО-1 – бывший коллега потерпевшего Баскакова, работавшего там же до ухода в бизнес. Оттого и нет в актах освидетельствования обвиняемых упоминаний о каких-либо телесных повреждениях при поступлении в СИЗО.

Особо несговорчивого Барханоева сотрудники УБОП пытали дважды. В день задержания – током, а 9 ноября, в день задержания Борова  — попыткой изнасилования. В суде Барханоев пояснил, что с него сняли штаны, нагнули, положили животом на край стола, а сзади пристроился розовощекий «убоповец» с расстегнутой ширинкой. Итог – подписал все, что подали, не читая.

На вопрос судьи, где же был адвокат, Барханоев пояснил, что его пригласили в кабинет, когда все бумаги были оформлены. Дежурный правозащитник поставил свою подпись и ушел, не интересуясь дальнейшей судьбой клиента. Аналогичным образом поступили с Боровым. Показали ему фотографии места, где оперативники спрятали еще одну гранату двумя днями ранее и оформили добровольную выдачу боеприпаса 9 ноября в ходе второго обыска.

По версии следствия, Боров купил несколько гранат на рынке в Игушении у неустановленных лиц.

Белые нитки

За пару недель до ареста преступников, в конце октября 2014 года, Степан Баскаков вернулся домой поздно вечером. Он обнаружил у дверей своей квартиры на десятом этаже двух кавказцев. Это были Гагиев и Барханоев.

РГД-5 – советская наступательная противопехотная граната, принятая на вооружение в 1954 году и используемая по настоящее время. Радиус поражения – 15-20 метров. Время срабатывания – 3,2-4,2 секунды. По версии следствия, ее планировали использовать «киллеры» в покушении на убийство в подъезде многоэтажного дома в 8 часов утра.

В суде оба показали, что пришли предупредить Баскакова о готовящемся преступлении, поскольку, если хотели бы убить – убили бы там же или еще раньше. Однако поговорить не получилось, поскольку пришедший подшофе Баскаков наехал первым «Что тут третесь?». Ничего умнее, как ответить «Где живет Лена?», кавказцы не смогли.

28 октября Гагиев и Барханоев решили повторить попытку. Около 23 часов Баскаков, который спал после употребления спиртного, услышал «посторонний шум на лестничной площадке» (цитата из показаний по делу). Подойдя тихо к глазку будущий потерпевший увидел у дверей двух «бородачей», которые накануне спрашивали у него Лену.

Не став открывать дверь Баскаков отправился спать дальше. Вероятно, это странное поведение для человека, который утверждает, что на следующий день съехал с квартиры и обратился в УБОП с заявлением об опасении за свою жизнь.
Данный факт Баскаков подтвердил и в суде. Несмотря на то, что заявленная им дата – 29 октября отличалась от фактической даты написания им заявления об опасении за свою жизнь – 5 ноября 2014 года.

На следующий день – 6 ноября, в квартире Баскакова была организована засада. Четыре бойца СОБРа, один УБОПовец и Баскаков. Хозяин квартиры по указанию опера написал своим детям СМС, что он приехал из командировки, и будет отдыхать дома весь день. Расчет был на то, что дети скажут Демину или матери и те отправят Гагиева и Барханоева на устранение. Однако результата не последовало.

Тогда Баскаков написал СМС своей бывшей жене. Результат тот же – ноль. На самом деле Гагиев и Барханоев по собственной инициативе приезжали вечером к дому Баскакова. Но заходить не стали – было поздно, а беспокоить того на ночь глядя рассказами о предстоящем убийстве они не захотели.

Кстати, кавказцами двигали не столько благие намерения спасти чужую жизнь, сколько желание получить деньги – с Баскакова вознаграждение за информацию, с организатора Борова – оплату за якобы исполненное убийство.
И Гагиев и Барханоев находились в затруднительном финансовом положении и лишь потому не обратились в правоохранительные органы, хотя совершать убийство, с их слов, не собирались.

Сказать точно, кто был инициатором именно убийства — Демин, бывшая жена Баскакова или посредник Боров, оба обвиняемых так и не смогли.

Но было очевидно, что прямых указаний от Демина убить Баскакова они не получали. И, если бы тот под давлением адвоката не твердил, как попугай, о своей виновности, дело, с высокой долей вероятности, приняло бы другой оборот.
7 ноября рано утром Баскаков снова написал бывшей жене СМС, что он дома. Гагиев и Барханоев приехали, поднялись по лестнице. Но стучать в дверь не стали. Постояли и ушли. СОБРовцы, наблюдавшие за происходящим через видеоглазок, были в полном недоумении – «убийцы» приезжают не в первый раз, но по непонятным причинам никаких действий не предпринимают.

Кавказцы снова уехали. Баскаков написал СМС, что он точно дома…

Ситуацию комментирует адвокат Михаил Пуртов:

— События, описанные выше – оперативная разработка, которая осуществляется в рамках закона об «Оперативно-розыскной деятельности» — ОРД. В деле нет постановлении о проведении ОРД, это грубейшее нарушение. То, что делает Баскаков – настойчиво рассылает СМС по указанию сотрудника полиции, никак не реагирующим кавказцам, это называется провокация преступления, подстрекательство к его совершению. Это прямо запрещено законом. То есть весь результат – засада, задержание, обнаружение гранаты, ножа – все-все это должно было быть признано судом недопустимыми доказательствами. Но почему-то такого ходатайства в деле нет.

Около 10 часов Гагиев и Барханоев вернулись в подъезд и стали ждать. Сидя на ступеньках между 9 и 10 этажами. А Баскаков все никак не выходил.

И тут нервы сдали у СОБРовцев, которые больше суток без толку парили яйца в бронежилетах. Начался захват. Итогом которого стали двое скрученных чеченцев, нож и граната. Появлению последней стоит уделить особое внимание.

Беготня

В ходе следствия силовики утверждали, что в дверь постучал Гагиев, после чего ее открыли СОБРовцы и произвели захват. Кавказцы же дали показания, что сидели на ступеньках между этажами, и это видел один из жильцов, вышедший в тот момент покурить (этот свидетель, кстати, очень таинственно исчез и в материалах дела не упоминается – прим. И.Н.).

Гагиев утверждает, что ему на голову надели мешок, занесли на площадку 10 этажа и попытались что-то вложить в руку. Поскольку разжать кисть мастера спорта международного класса по греко-римской борьбе процесс трудный, по кулаку Гагиева топнули каблуком берца и дали «подержать», как оказалось, гранату РГД-5. Позже эксперт выдал следствию заключение, что кровь на гранате – это кровь Гагиева.

Согласно показаниям бойцов СОБРа, они получили команду выбегать на захват парами. Первая пара должна была задержать Барханоева, у которого силовики через видеоглазок разглядели нож. Вторая – Гагиева.

Адвокаты подсудимых считают, что это было логично – первым решили нейтрализовать того, у кого было оружие. Никакой речи о наличии гранаты не шло. Все происходящее силовики фиксировали на видео, однако эта запись не была представлена в материалы дела. На суде прокурор заявила, что видео нет, поскольку все якобы транслировалось в режиме реального времени без фиксации.

Хотя, согласно содержанию протокола одного из судебных заседаний, обвинитель лично признала наличие этой записи. Которая могла бы пролить свет на реальные обстоятельства захвата. И, похоже, не в пользу следствия.
Защитники обратили внимание суда на очень интересные обстоятельства задержания преступников, исходя из показаний сотрудников СОБРа.

Первый силовик, выбежавший на площадку, заявил, что увидел гранату в правой руке Гагиева, но побежал мимо него дальше. Второй «собровец» так же узрел гранату, но… побежал дальше.

Третий – увидел гранату, но решил блокировать свободную левую руку преступника. И лишь герой-командир, который выбегал на площадку, как положено командиру, последним, увидел гранату, успел поставить пистолет на предохранитель и спрятать его в кобуру и после этого обезвредить преступника.

А Гагиев с гранатой все это время семечки щелкал и смотрел на бегающих вокруг людей в форме.

Согласно показаниям сотрудников СОБРа, чека находилась во взрывателе. А усики были разведены. То есть, по версии следствия, Гагиев собирался убить Баскакова, забросив в квартиру гранату, и  постучал в дверь, не выдернув чеку.

«Привэт! Брат, ты Баскаков? Ща пагади, я чэку забыл выдэрнуть»…

Про шансы

Журналисты опросили нескольких юристов и адвокатов, не имевших ранее отношения к этому делу. Мнения разделились надвое. Правозащитники с малым опытом работы сошлись во мнении, что никаких шансов для пересмотра приговора нет, сроки упущены

Адвокаты со стажем 20-30 лет и более привели конкретные примеры, когда в, казалось бы, безнадежных случаях, приговоры отменялись, дела пересматривались.

«Хотя бы годик»

За несколько дней до публикации Александра Александровна позвонила мне и попросила вернуть материалы. Я в журналистике 24-й год, из них 12 лет – в журналистике криминальной. Время научило читать не только материалы, но и людей, в том числе — по голосу. Было ясно – мама Демина «врубила заднюю».

Мы пообщались быстро и расстались хоть и спокойно, но холодно. Потерянного времени было жалко, но делать что-то против желания пожилого человека не хотелось. В обед Александра Александровна мне снова позвонила и попросила взять тему обратно:

— Мне все говорят, что шансов нет, что я только сделаю хуже. Я, дура, слушаю… А как может быть хуже, чем сейчас? Как?! Мне 60 лет, сына нет три года, и не будет еще пять! У меня папу жестоко убили, разрубили на куски, преступникам дали по шесть лет и через три года уже выпустили! Сыну  – восемь лет строгого режима. Остальным парням – по десять.
Нет шансов, ничего не добьемся – пусть будет так. Но мы хотя бы попытаемся. И другим наука. Мне бы хотя бы на годик меньше, боюсь не дождусь, не  доживу.

Продолжение следует.

ИГОРЬ НИКИТИН, БЦ, Ханты-Мансийск

Оставить комментарий


Hm-ads.ru — бесплатные объявления Ханты-Мансийска.